Хорошее кино – kinowar.com – Киновар

Подмостки (Scaffolding)

«Подмостки» – это израильская семейная драма о извечном конфликте отцов и детей, о стене между близкими, о потерянности, о взрослении и смелости наконец заговорить, прервать многолетнее молчание и нащупать путь к пониманию. Этим фильмом на днях открылся кинофестиваль «Дни Иерусалима в Киеве».

Главный герой, старшеклассник Ашер, учится в классе с далеко не самой высокой успеваемостью. Но в этом году он выпускается, и его цель – получить аттестат. Однако у его отца на этот счет свои соображения: он намерен передать сыну свой строительный бизнес и считает, что для этого тому не нужны ни история, ни литература, ни прочая гуманитарная тарабарщина. А Ашер как раз увлечен литературой. Не потому, что любит читать или хорошо разбирается в поэзии и прозе, вовсе нет, с чтением у парня туго. Но учитель литературы говорит на уроках любопытные вещи. Он не пересказывает сюжеты романов, не требует знания ненужных деталей вроде того, с лошадью говорил главный герой или с ослом, ведь главное, что говорил. Он действительно пытается достучаться до своих учеников, которые небезнадежны и у которых есть собственный внутренний мир и то, что они тщательно скрывают от окружающих и от себя самих.

И Ашер привязан к учителю. Он хочет ему понравиться (потому что не может понравиться отцу). И слетает с катушек, когда узнает, что преподаватель литературы покончил с собой. Почему? Ведь буквально вчера он сидел под солнцем на школьных ступеньках и втирал в шею солнцезащитный крем. Что же произошло? Что в его жизни было не так?

«Кто нарисован на этой купюре? – спрашивает Ашера отец, протягивая денежную купюру номиналом пятьдесят шекелей и сам отвечает, не дожидаясь ответа. – Это великий еврейский поэт Саул Черниховский. Но если поэтов начали печатать на денежных банкнотах, значит литература мертва». И вместо учебника, который пытается прочесть Ашер, отец подсовывает ему стопку денег, чтобы тот научился правильно и быстро их считать.

Ашер – типичный еврейский гопник, который ведет себя самоуверенно и нагло, потому что в его семье есть деньги и можно прийти в школу в футболке Lacoste. Коренастый, крепкий, он широко расставляет руки и ноги, вышагивая по школьным коридорам в неподобающих вьетнамках, когда вздумается заходит в учительскую, посреди экзамена может встать и пойти за перекусом. Вспыльчивый, несдержанный, раздражительный, агрессивный, он постоянно срывается, причем на пустом месте, и, что называется, «быкует». Но при этом понимает многое очень тонко.

Однажды Ашер видит, как его любимый учитель преподает урок в классе для одаренных (в израильских школах около трех процентов учеников, самых смышленых и умных, попадают в специальные группы для одаренных детей), и понимает, что там он излагает куда более сложный материал. И это сильно задевает Ашера, который безуспешно стремится впечатлить своего кумира.

Поначалу кажется, что перед нами израильский вариант «Билли Эллиота», только менее оптимистичный. Там сын шахтера внезапно сходил с ума по балету и тем самым выводил из себя далекого от искусства работягу-отца. А здесь сын строителя пытается всерьез прикоснуться к литературе. Но дальше становится очевидным, что «Подмостки» сложнее и глубже, они скрывают в себе некую тайну, что-то потаенное из внутреннего мира героя. Ашер растет без матери, с которой отец в разводе и которая живет далеко и лишь изредка звонит. «Простите, это мама. Постоянно названивает мне», – врет Ашер, сняв трубку прямо посреди сдачи экзамена, не желая признаваться, что слышит ее голос по праздникам. А отец постоянно рассказывает анекдоты на тему того, как мужьям хорошо без жен и какая же заноза в заднице эта благоверная. То есть оба скрывают свою проблему, и травму, и боль, и одиночество защитным щитом. И не говорят об этом друг с другом.

Неслучайно названием фильма выбрано слово «подмостки», имеющее два значения. Первое – это строительный помост, возвышение, часть временного сооружения из досок, предназначенного для выполнения строительно-монтажных работ. Второе – это театральная сцена. Ашер же стоит и на одних, и на других подмостках; мечется между выбором отца и выбором собственным. И это его большое сольное выступление.

На экзамене ему попадается вопрос «как на содержание литературного произведения влияет его финал?» (и этот экзаменационный вопрос, конечно же, перекликается с открытым финалом самой картины). Ашер решает ответить на примере чеховского рассказа «Тоска». Это история извозчика Ионы, который переживает смерть сына и пытается хоть с кем-то поговорить о своей утрате и боли, но все тщетно, люди не хотят его слушать и слышать. И поэтому в финале Иона изливает душу своей лошади.

И пока дура-учительница (простите за грубость, но таки дура) цепляется к тому, что Ашер перепутал лошадь с ослом, парень точно передает смысл рассказа: герой, отчаявшись, говорит с лошадью потому, что больше ему говорить не с кем, так как он совсем одинок. И Ашеру, подобно Ионе, тоже в конце концов удается заговорить, удается высказать все, что накопилось, удается прервать замкнутый круг молчания, непонимания и одиночества.

Анастасия Лях

1

2

3

4

5

Подмостки (Scaffolding)

2017 год, Израиль/ Польша

Продюсеры: Станислав Дзедзич, Леон Эдери, Моше Эдери, Мая Фишер

Режиссер: Матан Яир

Сценарий: Матан Яир

В ролях: Ашер Лакс, Ами Смолартчик, Яков Коэн, Керен Бергер

Оператор: Бартош Бьенек

Длительность: 90 минут/ 01:30