Хорошее кино – kinowar.com – Киновар

Игра на понижение (The Big Short)

Когда перед сценаристом лежит история об изобретении швабры, его цель – усложнить очевидно простую фабулу. Когда же перед ним история о глобальном экономическом кризисе, возникает противоположная задача – упростить труднодоступный сюжет. И сценаристы «Игры на понижение» справились с миссией блестяще, превратив потенциально занудное, сухое, специфическое повествование в сверхдинамичное развлечение и сверхостроумную авантюру. Не забыв при этом о большой драме, кроющейся в сердцевине изложенных событий.

Когда на экране появляется Райан Гослинг с нелепым начесом на голове и автозагаром на лице, да еще и начинает напрямую говорить со зрителем, уставившись в камеру и игриво ухмыляясь, по коже тотчас пробегает раздражительный зуд и хочется метнуть в Гослинга гнилой помидор или тухлое яйцо (как и в случае с Джозефом Гордоном-Левиттом в «Прогулке»). Особенно на реплике «Не прощаюсь, еще вернусь». Но поверьте, это первый и последний сомнительный момент в фильме, после которого диалоги и видеоряд текут как по сливочному маслу.

- Окей, я принимаю твое предложение, но ответь, когда и как ты меня отымеешь?
– Я не буду тебя иметь, я тебя приголублю, нежно поцелую, свожу на романтическое свидание и подарю обручальное кольцо…

Начало нулевых. Америка процветает и купается в собственном долларовом соку. Деньги, квартиры, машины льются рекой, и кажется, этому никогда не будет конца и края. Скажи кому-то, что ваше тотальное благоденствие – пустышка, мыльный пузырь, который непременно в скором времени лопнет, и он с радостью пошлет тебя в задницу, потому что когда в кармане лишняя стопка крупных купюр, заработанная без какого-либо напряга, неприятная правда словно кусок льда в нежном ванильном мороженом. The truth is like poetry. And most people fucking hate poetry («Правда как поэзия. А большинство людей на хрен ненавидит поэзию») – цитата из книги Майкла Льюиса, по которой поставлен фильм.

В 2005-м Майкл Барри (Кристиан Бэйл), вернее доктор Майкл Барри – фрик, мизантроп, аутист, бывший врач по профессии, гениальный финансовый аналитик по призванию и управляющий крупным хедж-фондом – первым обращает внимание на американский рынок ипотечных кредитов, который, прикрываясь мнимой стабильностью, на самом деле является бомбой замедленного действия, способной в ближайшем будущем подорвать всю экономику США. Кредиты раздаются направо-налево кому попало, без всяких проверок надежности и платежеспособности. Так что, по оценкам Барри, рынок недвижимости ждет неминуемый обвал, а следовательно, рухнет и экономика в целом. И он решает сыграть на понижение: скупить кредитные дефолтные свопы. Банкиры, будучи уверенными в незыблемости ипотечного рынка и приняв Барри за сумасшедшего чудика, охотно заключают контракты.

Циничный и амбициозный трейдер Джаред Веннетт (Райан Гослинг) случайно, через так называемый испорченный телефон, узнает о некоем безумце, скупившем дефолтные свопы, и, уверовав в неутешительный прогноз, думает и себе провернуть то же самое. Опять же по чистой случайности (из-за схожего названия фирм) слух о затеи Веннетта доходит до скандального финансиста Марка Баума (Стив Карелл), всей душою ненавидящего Уолл-стрит, и нескольких его подчиненных. Баум и Веннетт заключают сделку и оказываются, как говорится, в одной лодке. Параллельно двое начинающих инвесторов со скромным (ничтожным по меркам Уолл-стрит) капиталом в тридцать миллионов делают то же шокирующее открытие, что и Барри, и, заручившись поддержкой маститого биржевого игрока Бена (Брэд Питт), на старости лет ударившегося в садоводство, проворачивают аналогичную аферу.

Таким образом, все герои оказываются в подвешенном состоянии и ожидании фатального сентября 2008, в наступлении которого они уверены процентов на девяносто, но остаются еще десять (впрочем, мы-то, зрители, знаем, что жопа придет стопроцентно).

«Игра на понижение» – основанная на реальных событиях история того, как несколько умных людей независимо друг от друга (их сюжетные линии практически не пересекаются) предрекли мировой экономический кризис и заработали на нем огромные деньги, хотя и не желали никому зла.

Окажись в режиссерском и сценаристском кресле какой-нибудь другой кинематографист, мы бы, скорее всего, получили на выходе заумную финансовую драму практически апокалипсического свойства, в которой дефолт выглядел бы эдакой черной тучей, нависшей над бедным и несчастным человечеством. Но у Адама МакКея, во-первых, отменное чувство юмора, во-вторых, явная склонность к цинизму и жесткой, но справедливой критике человеческих пороков. Поэтому перед нами едкая сатира на общество (едва ли только американское), жадное, алчное, беспросветно глупое, праздное и надутое, которое само и только само виновато во всех своих бедах и злоключениях.

«Игра на понижение» – оборотная сторона «Предела риска» Джей Си Чендора. В своей скупой на эмоции, предельно серьезной камерной драме Чендор показывал, условно говоря, ночь перед глобальным обвалом, несколько мучительных часов из жизни топ-менеджеров, осознавших, что с наступлением рассвета все полетит к чертям. У МакКея же топ-менеджеры с Уолл-стрит – кучка откровенных мошенников и недальновидных, напыщенных идиотов в дорогущих костюмах, которых обставляет чудила в трениках и шлепках, любитель тяжелого метала и обладатель одного стеклянного глаза. Набив руку на чистокровных сатирических комедиях с Уиллом Ферреллом («Телеведущий», «Копы в глубоком запасе», «Грязная кампания за честные выборы»), МакКей легким движениям пера и камеры и жанр финансовой драмы трансформирует в шарж. Но в этом шарже гораздо больше неудобной правды, чем в любом реалистичном портрете. «Неправдоподобная, но правдивая история» – гласит слоган фильма.

В стремительно сменяющих друг друга картинках перед зрителем проносится синтетическая эпоха тотального потребления с ее выросшей из ничего и возведенной на пьедестал поп-культурой, возникшим на пустом месте излишеством и ничем необоснованным желанием жить на широкую ногу. Мелькают Том Круз на постере «Лучшего стрелка», Бритни Спирс, чизбургеры и сыплющиеся и сыплющиеся долларовые банкноты. Стриптизерши покупают в кредит пять домов, бармены становятся банковскими клерками и сходу обзаводятся личными яхтами. Пузырь раздувается до необъятных размеров.

«Игра на понижение», естественно, пестрит экономическими терминами, в которых поначалу неподготовленный зритель (то есть каждый, кто не оканчивал финфак) грузнет по самую макушку и рискует вот-вот потерять связующую нить и интерес. Но в этот самый момент находчивый режиссер вставляет донельзя уместную и своевременную ремарку, опять же разговаривая со зрителем прямиком с «голубого экрана»: «Ну что, уже почувствовали себя безнадежно тупыми?.. Сейчас Марго Робби вам все доходчиво объяснит, на пальцах». И тут Марго Робби в лице Марго Робби действительно начинает объяснять простым «блондинистым» языком, что такое «субстандартная ипотека», лежа при этом в ванной и попивая шампанское. Позже известный шеф-повар расшифровывает непонятную аббревиатуру на примере испорченного лосося, а Селена Гомес поясняет суть ипотечной махинации на примере игры в рулетку. И это и впрямь работает, то есть насколько бы далеко вы ни были от банковского дела, фондовых бирж и финансовых операций, в общих чертах вы обязательно поймете, о чем идет речь, а если сосредоточитесь, то и вовсе разберетесь в причине дефолта от а до я.

В картине нет главных героев. Все актеры исполняют роли второго и третьего планов. Оттого история каждого кажется вроде как поверхностной, но в то же время МакКей находит какую-нибудь деталь или вставляет флэшбэк, по возможности проливающие свет на характеры и причины поступков. Так, к примеру, мы переносимся в детство Майкла Барри, когда тот, играя в школьной футбольной команде, потерял свой стеклянный глаз прямо во время матча и сконфуженный удалился с поля под любопытные взгляды сверстников. «Я никогда не любил людей, и люди не любили меня», – говорит он впоследствии, как бы оправдывая свой выигрыш на банкротствах и массовых увольнениях той детской травмой.

В то время как отъявленный циник Джаред Веннетт ни капли не задумывается о моральной стороне своей «игры», Марк Баум терзается муками совести. Из обрывочных диалогов с женой мы узнаем, что брат Марка покончил с собой, и причиной суицида, судя по всему, стали как раз финансовые проблемы (в одном из эпизодов Баум обвиняет себя в смерти брата, так как вместо моральной поддержки безучастно предложил ему деньги). Впрочем, природу Марка красноречиво очерчивает тот факт, что он всю жизнь трудится в месте, которое всем сердцем ненавидит.

Герой Брэда Питта, заработав на массовом обнищании миллионы, сдержанно отмечает, что радоваться тут нечему, потому что миллионы людей завтра останутся без жилья и работы. Впрочем, его лирическое отступление о клизме запоминается куда лучше, чем сомнительное нравоучительство.

«Игра на понижение» претендует на пять «Оскаров», в том числе за режиссуру, сценарий и как лучший фильм. Кристиан Бэйл номинируется за роль второго плана (если бы число номинантов в этой категории не ограничивалось пятью, Стив Карелл наверняка тоже бы попал в претенденты). Глядя на Бэйла, во-первых, хочется, чтобы Майкла Барри было в кадре как можно больше, потому что его статичный глаз, непосредственная мимика, внезапное погружение в себя и медвежья походка веселят похлеще клизмы Брэда Питта. Во-вторых, хочется, чтобы Бэйл забыл про супергероев и библейских пророков и играл исключительно фриков: Дики Эклунда из «Бойца», Ирвинга Розенфельда из «Аферы по-американски» и Майкла Барри из «Игры на понижение».

Анастасия Лях

игра на понижение кадр 7

игра на понижение кадр 1

игра на понижение кадр 2

игра на понижение кадр 3

игра на понижение кадр 4

игра на понижение кадр 5

игра на понижение кадр 6

игра на понижение кадр 8

игра на понижение кадр 9

Игра на понижение (The Big Short)

2015 год, США

Продюсеры: Брэд Питт, Деде Гарднер, Джереми Клейнер, Арнон Милчен

Режиссер: Адам МакКей

Сценарий: Чарльз Рэндольф, Адам МакКей, Майкл Льюис

В ролях: Кристиан Бэйл, Стив Карелл, Райан Гослинг, Брэд Питт, Мелисса Лео, Хамиш Линклэйтер, Джон Магаро, Рейф Сполл, Джереми Стронг, Мариса Томей

Оператор: Бэрри Экройд

Композитор: Николас Брителл

Длительность: 130 минут/ 02:10